Согласно федеральной программе школьный автобус теперь должен доезжать до самого отдаленного хутора, чтобы возить оттуда детей в базовую школу. При этом число детей, проживающих на хуторе, в учет не принимается. Даже из-за одного ребенка автобус должен наматывать лишние десятки километров и жечь горючее. По мысли Министра образования так выйдет дешевле, чем держать школы в отдаленных хуторах и маленьких поселках. При этом министр как-то не подумал, что в зимнее время из-за снежных заносов (которые не редкость в наших степных краях) автобус может элементарно не доехать до места назначения (равно как и машина скорой помощи, пожарники, милиция, автомагазин и т.д.). Естественно возникает вопрос: кто же захочет остаться жить на таком хуторе? А не лучше ли в плане заботы о селе попытаться возродить ферму, полеводческую бригаду и ту же школу? Может быть, если людям будет работа, они сами захотят там остаться и не потребуется никаких школьных автобусов? Попался как-то на глаза сюжет по Euronews. В такой африканской стране, как Кения, школы функционируют постоянно даже в голой саванне, где племена ведут кочевой образ жизни, и учебный год длится от силы несколько дней. Но правительство считает нужным сохранять школы и платить зарплату учителям, не смотря на то, что школа большую часть года бездействует. Пока есть школа, есть надежда, что люди будут учиться, а у нации есть будущее! Есть в той кенийской деревне и производство. Какое бы Вы думали, читатель? Питомник по выращиванию гиен! Да, автор не ошибся: самых настоящих гиен – созданий в человеческом понимании далеко не самых симпатичных и в экономическом отношении совершенно бесполезных. Однако сотрудники питомника бродят по саванне, подбирают осиротевших (африканская природа жестока!) детенышей гиен, выкармливают их, воспитывают, приучают к самостоятельной жизни. И правительство нищей африканской страны выделяет на это деньги! Значит, ему не безразлична судьба образования и родной природы! Это – два краеугольных камня сохранения нации: сохранение природы и развитие образования! Только наше правительство почему-то думает иначе! Или у него другие цели? В той же программе прошел сюжет из Колумбии – бедной южноамериканской страны. В отдаленных индейских поселениях правительство выделяет деньги на содержание школ и далеко не рентабельных экономически ферм и плантаций. Лишь бы люди остались жить здесь! И это в стране наркобаронов и террористов! К слову сказать, традиции проведения «Дней без автомобиля» также пошли из этой страны! Интересно, какие природоохранные и образовательные традиции оставит наше правительство? Высаживания кустиков и деревьев власть имущими перед телекамерами? Автор не назовет ни одного примера в истории, когда при самых дремучих и реакционных политических режимах правительства бы экономили деньги за счет образования или природоохранных структур! Но мы, похоже, и здесь исключение! У нас оказывается слишком много школ и других учебных заведений! А деньги надо экономить! А как объяснить ликвидацию лесхозов и Авиалесоохраны? А теперь вся страна с ужасом ждет лета и неизбежных лесных пожаров, которых опять некому будет тушить! Судя по сообщениям из Сибири, пожаров мы уже дождались! Чего ждать дальше? Какую ещё «заботу» предложат нам власти?
Реклама и маркетинг, ориентированные на детей – не новое явление. Годом их рождения следует считать 1929, когда компания Уолта Диснея запустила лицензирование сопутствующей продукции. Можно было купить футболку, зубную щетку, тарелку с портретом Микки Мауса. В 1958 году на арене мирового детского маркетинга появилась кукла Барби в виде «совершенной» взрослой женщины, что позволило даже маленьким девчонкам разыгрывать сюжеты из взрослой жизни. Барби нуждалась в макияже, одежде, украшениях, продажа которых приносила больше дохода, чем сама кукла. Общий объем российского рынка детских товаров и услуг колеблется от четырех до семи миллиардов ежегодно. Причиной такого размаха стала не только возросшая покупательная способность детей, но и большее влияние детей на своих родителей по сравнению с предыдущими поколениями. Это объясняется тем, что современные родители в современном мире с его бешеными темпами и постоянной нервотрепкой и погоней за деньгами просто стали меньше уделять внимание своим детям, предпочитая «отдариваться», т.е., по большому счету откупаться от своих детей разными ценными подарками: компьютерами, наборами игровых программ, музыкальными центрами, игровыми приставками и т.д. и т.п. Помимо всего этого, по мнению рекламодателей, дети – это покупатели будущего, с которыми стоит работать уже сегодня. Современный ребенок – это покупатель «три в одном»: он тратит свои карманные деньги, заставляет тратить на себя деньги родителей, а в будущей взрослой жизни потратит свои деньги на раскрученные бренды. В США дети до 12 лет тратят в среднем 50 миллиардов долларов в год, подростки – около 150 миллиардов долларов, а родители покупают своим детям товаров примерно на 600 миллиардов долларов ежегодно. Опрос маркетологов, работающих на детскую аудиторию до 14 лет, показал, почему современные дети в большей степени подвержены влиянию рекламы, чем их сверстники в предыдущих поколениях: - современные дети – поколение «здесь и сейчас», они весьма мобильны и нетерпеливы, чему в немалой степени способствуют современные средства связи (SMS, мобильные телефоны, ICQ, электронная почта); - товары для детей в «обществе потребления» играют большую роль в общении со сверстниками (наподобие обезьяны с горшком или с ложкой, о которой автор упоминал в одной из предыдущих статей) – обладание какой-то вещью ведет к признанию и популярности («А что у него (неё) есть!!!»); - дети предпочитают те товары, реклама которых задействует как можно больше органов чувств – чтобы стать популярным, герой комикса должен появиться на картинках, в фильме, в мультсериале, в компьютерной игре и, в конце концов, на прилавке с игрушками. Механизм действия рекламы основан на методах внушения, подражания и заражения. Внушение основано на прямом воздействии на человека и некритическом восприятии информации, которая повторяется несколько раз. Этот метод работает в условиях ещё не сформировавшейся личности ребенка. Механизм подражания эффективен благодаря желанию ребенка быть похожим на популярную, авторитетную для него личность, например, супергероя, «крутого парня» или красавицу чуть постарше. При этом не следует забывать, что для ребенка роль подражания в становлении окончательной модели поведения нельзя недооценивать. Вследствие вышесказанного большая роль в рекламе отводится звездам кино и героям телесериалов. Механизм заражения основан на бессознательном перенимании образца поведения, что часто используется при проведении массовых акций. Заражение также проявляется в совершении незапланированных покупок при массовом ажиотаже. Заражению подвержены не только дети, но и взрослые. С рекламой дети знакомятся главным образом по телевидению, через наглядную агитацию и в Интернете. По подсчетам аналитиков в день за просмотром телепередач ребенок видит около 20 минут рекламы. Это, исходя из предположения, что дети смотрят телевизор в среднем 2 – 2,5 часа в день. Реклама обращается к детям и подросткам также через журналы, рекламные щиты, плакаты и вывески, на которых изображены любимые персонажи, рекламирующие различные продовольственные и промышленные товары, через школу, когда компании-производители спонсируют различные программы, мероприятия или праздники. Самый динамично развивающийся плацдарм рекламы – интернет. Интернет-маркетинг делает детей наиболее уязвимыми. Заполняя онлайн-анкеты, дети часто раскрывают информацию личного характера, давая возможность маркетологам индивидуально подбирать рекламу для каждого ребенка. На сайте Американской академии педиатров были опубликованы результаты интересных исследований. Вот что там было обнародовано: 1. Примерно треть подростков начала курить под воздействием рекламы, что оказалось более значимым фактором, чем даже курящие родственники или сверстники. 2. Дети видят около 2000 рекламных роликов алкогольных и слабоалкогольных напитков в год (особенно во время спортивных матчей). Выводы, как говорится, напрашиваются. 3. Половину телевизионной рекламы составляют ролики, рекламирующие различный фастфуд, далеко не всегда безвредный для здоровья. При этом 20 % реклам фастфуда обещают вместе с товаром ещё и «бесплатную» игрушку. 4. Контакт подростков с рекламой, эксплуатирующей сексуальность (этот прием используется везде – от рекламы пива до рекламы автомобилей) провоцирует раннее начало сексуальной жизни. В то же время рекламы противозачаточных средств явно не хватает. Исследования показали, что такая информация отнюдь не способствует раннему началу половой жизни, а, наоборот, действует на подростков предостерегающе. 5. В рекламе часто используются чрезвычайно худые модели, что может привести к развитию комплекса неполноценности у полных девочек, а может и вызвать психические расстройства. Для развития критического отношения к рекламе Американская академия педиатров предлагает следующие упражнения. 1. Во время совместного просмотра рекламы родителям стоит попросить ребенка определить, насколько реалистичен данный ролик. В некоторых американских школах проводятся специальные игры, при которых при каждом неправдоподобном кадре ребенок должен поднять красную карточку. 2. Родителям следует во время совместного с ребенком «похода» по магазинам найти рекламируемый товар и сравнить телевизионную или печатную версию с настоящим продуктом. При этом сделать акцент на различии. 3. Выбрать вместе с ребенком игрушку и подготовить её к съемке в рекламе (украсить, разрисовать, осветить фонариком). Это упражнение поможет понять ребенку механизм превращения товара в «звезду». 4. Поиграть с ребенком в «слоганы» (например, подсчитать количество слов, используемых для рекламы «боевых» роботов – «заряжай», «атакуй», «вступай в битву»). Это позволит понять ребенку, что реклама – всего лишь трюк, который может сделать каждый. 5. Обсудить с ребенком, почему в рекламе часто снимают известных людей. На примерах ребенок поймет, что ассоциация со знаменитостью делает товар более привлекательным. И, наконец, самое главное! Родители, не оставляйте детей один на один с этим свирепым миром! Занимайтесь с ними! Не откупайтесь от них дорогими подарками! Они очень нуждаются в вашей поддержке!
Почему я начал писать? Этот вопрос мне задавали на Международном форуме гражданской экологической журналистики, на который я был приглашен как автор блога, вошедшего в десятку лучших зеленых ресурсов Рунета. Задавали этот вопрос молодые люди, в основном студенты журфака МГУ. Так, невольно оказавшись в роли маститого литератора, я сам себе задал вопрос: «Почему я начал писать?». И вдруг понял, что ответа на данный вопрос не нахожу. Как раз в этом году исполняется двадцать лет, как в областной газете «Коммуна» вышла моя первая заметка. Она была направлена против тогдашнего главного претендента на пост Президента РФ в период пика его популярности и имела определенный резонанс в среде воронежской интеллигенции. Прошел даже слух о каком-то студенте, не побоявшемся «лягнуть» Самого… Помню, как моя однокурсница тогда возмущенно высказывала мне… Типа «Как ты мог?» Чего я хотел тогда? До сих пор не знаю… Просто захотелось сказать о том, чего другие не видели. Вот и все! Не могу, конечно, отрицать роль моих учителей, в первую очередь, замечательного воронежского писателя-натуралиста Леонида Леонидовича Семаго. Когда в 2000 году вышла моя первая статья в журнале «Наука и жизнь», Леонид Леонидович нисколько не «приревновал» (а ведь публиковался в этом журнале с 1979 года!), а только коротко сказал: «Пиши! Занимай моё место!». Помню, как по радио пришло сообщение о его смерти. Мы тогда были со студентами в Павловске на полевой практике по курсу «Экология растений». Таким образом, я никак не мог попасть на похороны (не бросишь же двадцать человек!). Похороны устроили пышные, были представители городской и областной администраций, говорили речи, газеты были заполнены некрологами и статьями. Мне пришла в голову мысль: «А хоть кто-нибудь из власть имущих, пришедших на похороны, книги Леонидыча читал? Наверно, нет!!! Иначе не творили бы то, что они творят!!» В день похорон Леонида Леонидовича мы со студентами продирались сквозь крапиву, колючки и комаров в пойме реки Осереди в поисках маленького озера, на котором, по нашим сведениям, произрастала редкая кубышка четырехгранная. Невольно думалось: может быть в тот момент мы, обожженные крапивой, изодранные колючками, покусанные комарами и слепнями, страдающие от жажды, разыскивающие Богом забытое озеро с растущим на нем никому не нужным растением, были куда ближе покойному натуралисту, чем толпа безвкусно одетых чиновников, собравшихся у его гроба. «Вы, жадною толпой стоящие у трона…» Но я отвлекся. Потом, куда душу рвал отвратительный вой строительной техники, присланный двуногими варварами, когда уничтожался мой любимый сад под строительство коттеджей для депутатов – дегенератов, когда никакие призывы по СМИ и письма чиновникам вплоть до президента не имели результата, когда была поругана память моего прадеда (да и не только его!), когда душа рвалась вон из тела… отдушину находил в клавиатуре компьютера. В тот год моя «продуктивность» резко увеличилась, я стал вести постоянную рубрику в областной газете «Воронежский курьер». Немалую роль в стремлении взяться за перо сыграла и моя работа. Несмотря на её тяжесть, профессия преподавателя экологии для меня была полна интереса и не лишена романтики. Постоянное, в том числе неформальное, общение с молодежью (что я всегда ценил), поездки по районам, летние полевые практики, конференции и семинары. И ещё - огромный интерес к потоку жизни, к людям, к судьбам, проходившим не только перед глазами, но и через сердце. Обилие впечатлений не могло оставить равнодушным. Часть своих впечатлений я выложил в постах моего блога. Идея завести свой блог у меня возникла довольно давно. Правда, заводить его на ЖЖ или Facebook я откровенно побрезговал. Быть рядом с Волочковой, Киркоровым или Орбакайте было выше моих сил. Поэтому я весьма обрадовался, когда узнал о возможности завести блог на любимом мною сайте Союза охраны птиц России. Не откладывая дело в долгий ящик, приступил к исполнению задуманного. Смею думать, я нашел здесь благодарного читателя! Сейчас пробежал глазами написанное и ещё раз подумал «Почему я начал писать?»
Сегодня на кормушке после довольно большого перерыва появился снегирь (самец). Последний раз до этого я видел снегиря 10 апреля. Причем вел он себа как-то для снегиря нетипично - брал семечко, отлетал в сторону, садился на ограждение балкона и ел. Обычно так ведут себя синицы, а снегири едят прямо на кормушке.
Реформа образования идет успешно Из выступления Д. Медведева на заседании Совета по национальной политике 29.07. 2010
В Воронеже волевым решением губернатора А. Гордеева (кстати, в прошлом министра сельского хозяйства) ликвидирована учебно-опытная станция Воронежского аграрного университета (ВГАУ). Её поля (общей площадью более 300 га) идут под малоэтажную (обратите внимание на это обстоятельство) застройку. Я думаю, излишне говорить о том, кто будет жить в этих «малоэтажных» домах. Воронежский аграрный университет (в прошлом Воронежский сельскохозяйственный институт) – старейший вуз Воронежа и один из двух старейших вузов России (старше только Московская сельскохозяйственная академия им. К.А. Тимирязева), основанный в 1913 году. В его стенах работали такие гиганты сельскохозяйственной науки как Келлер, Поспелов, Чижевский, Подгорный, Лейсле (об этих людях можно прочитать статьи в Википедии). Опытная станция была основана одновременно с институтом. На её полях проводились почти столетние наблюдения за севооборотами. Подобных данных на территории Центрального Черноземья (основной житницы России) нет. Здесь также выведены многочисленные сорта сельскохозяйственных культур. И вот теперь всё это стало не нужно! И это после слов губернатора о необходимости подъема сельскохозяйственного производства! Теперь мы знаем, чего стоят эти слова! Приведенный факт весьма наглядно демонстрирует отношение правительства к образованию. Кстати, один из самых лакомых кусков данной территории, расположенный, помимо всего прочего, на территории двух памятников природы и памятника историко-культурного наследия федерального значения, уже застраивается коттеджами, предназначенными для нынешних депутатов областной и городской дум (этот факт они сами не скрывают). Под топор пошли деревья уникальных сортов и редких пород. При этом напрочь игнорируются предписания Росохранкультуры и той же Администрации Воронежской области «о приведении в соответствие с градостроительным законодательством». Налицо сговор законодательной и исполнительной властей области.
P.S. Сейчас стало известно, что аналогичная судьба может постигнуть областную станцию юных натуралистов и дендропарк того же ВГАУ. Оба этих участка уже лишены статуса памятников природы (что противоречит Закону об особо охраняемых природных территориях). На месте этих уголков природы, приносящих радость жителям Воронеже и особенно детям, будут возводиться коттеджи для чиновников и толстосумов.
Стояло яркое сентябрьское утро. Голубое осеннее небо. Солнце только выглянуло из - за домов, чуть позолотив кроны лип и тополей, которыми столь обильно засажены городские улицы. Настроение моё было под стать погоде. И было от чего ... Автобус мчался, унося меня всё дальше от пыльных улиц, выхлопных газов и сумасшедшей городской гонки к великолепным рассветам над Доном, свисту утиных крыльев, запаху утренней свежести. Пройдет каких-нибудь три часа, и я сойду прямо на трассе и пойду подальше от раскаленного шоссе прямо через степь, пьянящую запахами, и лишь сарычи рассядутся на телеграфных столбах, словно часовые, охраняя мой путь в другой волшебный мир. Здесь, на самом юге области среди степей и поросших лесом балок затерялся маленький хуторок, где я вот уже который год провожу отпуск. Сейчас на этом хуторе проживает менее ста человек. Электричество сюда было проведено только в 1960 году. Туда даже нет хорошей дороги. То есть, года три назад вроде начинали строить, насыпали профиль, но закрепить его не то средств, не то времени, не то ещё чего - не хватило, не говоря уже о том, чтобы заасфальтировать. Ходили упорные слухи, что асфальт и щебёнка, предназначавшиеся для строительства дороги, пошли на ремонт главного подъезда к дому какого-то районного начальника ("Не то мэра, не то секлетаря какого, - шут его знае"). И сейчас наспех насыпанные обочины стремительно зарастают чертополохом и размываются дождями, да изредка щурки, птицы сказочной красоты, прилетают сюда половить собирающихся греться насекомых. Даем небольшую географическую справку. Хутор Донской находится на правом возвышенном берегу Дона. На левом равнинном берегу расположено большое село Гороховка, с которым когда-то (как вы сами понимаете, ещё до эпохи исторического материализма) был соединен мостом. В те времена в Гороховке существовал существовал кожевенный, льнопрядильный промыслы, работали маслобойки, кузни, бондарни. На всю губернию славились поваровские мастера изготовления плетеной мебели. А по праздничным и воскресным дням съезжались в село обыватели со всех окрестных уездов поглазеть на красивое зрелище - развод стоявшего в селе уланского полка. По большим праздникам при офицерском собрании устраивался бал, на который собиралась вся мало-мальски значительная публика, а для народа устраивалось "угощение". Сейчас о былом напоминает лишь полуразрушенное здание манежа, из всех щелей которого прорастают мощные побеги заморского гостя - американского клена, корнями разрывающих стены и фундамент, да несколько церквей, ныне функционирующих как склады удобрений. В трех километрах выше по течению когда-то существовал хутор Кошарный, жертва какого-то очередного "укрупнения". Сейчас об этом хуторе напоминают лишь правильные прямоугольники крапивы на месте бывших строений да несколько одичавших яблонь. В самом хуторе Донском почти половина домов стоят с заколоченными окнами, а отдаленность от дорог и, как следствие, труднодоступность препятствуют появлению здесь дачников. Именно последнее обстоятельство мне больше всего нравится. От асфальта дорога (или то, что явно не заслуживает столь громкого названия) спускается в долину Дона. Все окрестные степи распаханы, а в долине на склонах сохранились довольно обширные участки, поросшие ковылем, меловые обнажения синеют иссопом, под вечер чувствуется фиалковый аромат левкоя пахучего. Сурки-байбаки встречают меня бодрым свистом, гордо парящий степной лунь качнул крыльями, словно в знак приветствия. Снизу доносится рокот тракторного двигателя и буквально через минуту я вижу красную улыбающуюся физиономию Васи Пузенцова и пожимаю его вечно трясущиеся руки. Рядом с Васей сидит его жена - Аня, женщина, черты лица которой ещё сохранили следы былой красоты. Ане нет и сорока, но непосильная работа (Аня - доярка, ей каждый день приходится вставать в четыре утра, а дома ещё хозяйство) преждевременно состарила её. Но держится Аня бодро и даже немного кокетничает, приветствуя меня. - Здорово - кричит Вася, пытаясь заглушить шум двигателя. - Надолго к нам? - Да дней на десять - отвечаю. - А тебе перевезти ничего не надо? - вдруг спрашивает, доверительно наклоняясь. - Что перевезти? - не понял я. - Ну дрова или доски там. - Да нет, пока не надо - слегка недоуменно пожимаю плечами. На том наш диалог заканчивается, и трактор, натруженно гудя изношенным двигателем, продолжает свой подъем по насыпи, громко называемой дорогой. При приближении к хутору слева открывается вид на обветшалый загон и полуразрушенный сарай, в совокупности называемые овчарней. Овец пасут три турка-месхетинца, относящиеся к своим обязанностям столь добросовестно, что и стая волков не могла бы нанести большего ущерба. Нет, они не переводят овец на шашлыки (что было бы хоть как-то объяснимо), но все окрестные овраги буквально усеяны скелетами несчастных животных, ломающих ноги, разбивающих головы при падении с крутых склонов. До сих туркам нет никакого дела. Новенький "Жигуль" обгоняет меня и останавливается в нескольких шагах впереди. Из машины выглядывает полный красивый мужчина, машет мне рукой и весело кричит: "Подвезти?" Благодарю за предложение, но вежливо отказываюсь: очень уж приятно подышать ароматным воздухом степи после трехчасового сидения в автобусе. "Жигуль" трогается с места и продолжает свой путь. Владелец машины - Иван Ильич Павлинов, здешний лесник. Его вместе с братом - Василием Ильичем, колхозным бригадиром - на хуторе называют "князьями". Когда-то их отец был едва ли не самым бедным человеком в округе и начинал с того, что приторговывал соленой рыбой, а теперь братья даже сами коров не пасут, а нанимают кого-нибудь из соседей и имеют единственные в поселке дома, крытые оцинкованным железом. За братьями числятся: торговля медом, молоком, рыбой и др. На хуторе их уважают. Уже пройдя околицу и вступив на деревенскую улицу встречаю своего старого знакомого - дядю Витю. Дядя Витя - местный плотник и добрейшей души человек, он помогал мне устанавливать навес над погребом и, вообще, любое дело у него спорится, что не попроси. С дядей Витей особенно хорошо на тяжелой монотонной работе. У него всегда найдется подходящая шутка, которая приободрит. Кстати, за эти шутки дядю Витю в деревне недолюбливают. Говорят, за "злой язык". Проходя мимо длинной лавочки (деревенского "бульвара"), на которой сидят несколько старушек, почтительно здороваюсь. Лицо одной из них кажется мне страшно знакомым. Где я её раньше видел? Идя дальше, мучительно вспоминаю. И в памяти всплывает следующее... Дело было в Поваровке на автобусной обстановке, где наше внимание привлекла пожилая женщина в черном траурном платке, раздававшая пряники и мандарины. Дошла очередь и до нас. - Помяни-и-те мою невестку. Вчера померла. Молодая была. Дети си-и-ротами остались - жалобно протянула женщина. Из сочувствия мы с моей знакомой взяли по печенью, а стоящая рядом с нами старушка даже благочестиво перекрестилась. Но едва женщина отошла, старушка придвинулась к нам и доверительно зашептала: - Знаю я её, сама же невестку и угробила. Табуретками в неё бросалась. Из дома выгоняла. А когда с той первый приступ случился, не давала врачей вызвать. И в этот раз все твердила: " Сама отлежится". А теперь ходит по дворам, причитает... Мы долго смотрели в спину удаляющейся женщине. Из-за угла показался автобус... Уже подходя к своему домику встречаю соседку Дашу. Даша - образец доброты и бескорыстия и нет ничего вкуснее молока её коровы Ромашки. Теплое и жирное, молоко словно само испаряется во рту. По-моему, оно даже обладает каким-то целебным действием. Как и у всех коров, пасущихся на вольном воздухе и душистых степных пастбищах. 19 августа 1991 я лихорадочно крутил ручку настройки радиоприемника, метался по соседям, пытаясь узнать свежие новости. Даша спокойным голосом меня увещевала: - Что вы волнуетесь? Нам скажут, что делать... Уф, наконец-то добрался. Теперь скорей переодеться и бегом на Дон окунуться в прохладную воду, сбросить дорожную усталость. На берегу встречаю старого знакомого дядю Петю, балагура и острослова, большого любителя "походить с бреднем". Но сегодня дядя Петя почему-то мрачен. К чему-то внимательно прислушивается. Прислушиваюсь вместе с ним и я. С противоположного берега из Гороховки доносится траурная музыка. - Отец дочь избил - пасмурно сообщает дядя Петя. Она и руки на себя наложила. Лекарств каких-то наглоталась и померла. Мне осталось только вздохнуть и погрузиться в прохладную донскую воду. Мой отпуск только начинался ...
Наблюдал сегодня картину: несколько синиц резвились, гонялись друг за другом и верещали. Причем голоса у них были какие-то необычные. Никогда раньша такого поведения у синиц не видел.
Весна для сотрудников лесопаркового участка Института лесной генетики – время по напряженности сравнимое с предновогодним. Если тогда нужен был глаз да глаз за тем, чтобы сохранить от любителей дармовых новогодних «елочек» хвойные насаждения, то сейчас причина другая – идут интенсивные посадки леса. Причем не только в лесопарке. Питомник лесопаркового участка отправляет посадочный материал в различные лесхозы и питомники области, для озеленения улиц, дворов и индивидуальных участков. В это время один день буквально стоит нескольких. Сотрудники лесопаркового участка, чтобы экономить время на дорогу, нередко ночуют прямо на работе. В лесопарк я прибываю к 11.00. Здесь уже вовсю кипит работа. На центральной аллее работают члены историко-экологического общества «Вантит». Эти ребята уже неоднократно и абсолютно бескорыстно помогали лесопарку: зимой – на охране «елочек», ранней весной – на уборке территории. И вот теперь пришли помочь на посадках. В руках у добровольцев – лопаты и ведра с водой. Некоторые держат в руках мечи Колесова. Эти устрашающего вида инструменты, действительно чем-то внешне напоминающие средневековое оружие, на самом деле предназначены для более чем мирной цели – устройства лунок для посадки молодых саженцев. По распоряжению уже знакомого нашим читателям начальника лесопаркового участка Геннадия Сидорова мне сначала предстоит выполнить весьма важную и ответственную задачу – сопровождать на тракторе две большие металлические бочки с водой, которые надо отвезти для полива на дальний участок. С трактором выходит заминка. Видавший вида агрегат (а где лесникам взять новую технику?) получил повреждение – оборвался рулевой шланг. Приходится поработать в качестве механика. Вместе с лесником Павлом Аникеевым нам удается довольно быстро открутить старый шланг и заменить его новым. Но на это уходит особо драгоценное для лесников в эти горячие дни время. Затем мы отправляемся за водой к лаборатории. Возле лаборатории также вовсю кипит работа. Сотрудники лесопарка сажают рядками молодые голубые и сербские ели. Около двух десятков уже высажены и ещё столько же ожидают своей очереди. Пока бочки заполняются водой, решаю немного побродить по питомнику. Первое что бросается в глаза – расставленные повсюду пластмассовые плашки с посадочным материалом. Кажется, этих плашек здесь сотни, если не тысячи! Все аккуратно собраны по видам высаживаемых растений, все посыпаны опилками для уменьшения испаряемости влаги (лесники говорят «замульчированы»). В одном уголке питомника радуют глаз цветущие крокусы: розовые, белые, синие и фиолетовые. Активно цветут фиолетовые хохлатки Галлера и желтые хохлатки Маршалла. Наступила и пора примулы. Их в питомнике несколько сортов и самых разных оттенков желтого. В одном углу замечаю на врытых пеньках несколько плодовых тел вешенок. Значит, скоро сотрудники лесопарка смогут лакомиться собственноручно выращенными грибами. Павел машет мне рукой, поэтому приходится поспешить. Быстро запрыгиваю в кабину трактора и сажусь рядом с водителем. Попрыгав на ухабах возле лаборатории, трактор выруливает на центральную аллею и, проехав несколько сотен метров, останавливается. Нас окружают добровольцы, держащие в руках пустые ведра. Залазим в кузов и становимся к бочкам. Теперь наши функции – наполнять водой пустые ведра и передавать их поливающим. Работа эта требует расторопности, так как ведра добровольцы опустошают довольно быстро. Трактор постепенно движется к началу аллеи. Проходит около часа. Работа близится к концу. Геннадий дает указания собирать вещи, ведра и другой инвентарь. В кузов трактора складывают лопаты, мечи Колесова, ведра. В этот момент прибегает один из сотрудников лесопарка с сообщением, что только что подъехала машина за посадочным материалом. Необходимо срочно накопать несколько десятков кустарников снежнеягодника и спиреи, а также несколько саженцев можжевельника и липы. Эта работа достается мне и ещё нескольким добровольцам. Берем лопаты и направляемся к указанному месту. Выкапывать вручную посадочный материал – работа нелегкая. Она требует не только физической подготовки, но и незаурядной аккуратности. Ведь саженцы нельзя повредить! Выкопанные саженцы необходимо опять же аккуратно отряхнуть от земли и обрезать. С этой работой мы справляемся где-то минут за сорок. Наконец машина, загруженная саженцами уходит. Вытирая пот, направляемся в лабораторию, где нас ожидает давно уже желанная кружка холодного лимонада. Дело близится к вечеру, и лесопарк постепенно наполняется голосами птиц. Певчие дрозды, зарянки, пеночки-теньковки и синицы словно бы приветствуют нас, закончивших трудовой день. Но начальнику покоя нет! Геннадий уже распределяет роли своих сотрудников на вечер – время делать прививки на сортовые деревья. Параллельно от строит планы на следующую неделю, на которой предстоит закладка плантации уникального дерева нашей области – меловой сосны! Такое сейчас горячее время у лесников – весна…
Пасмурное воскресное утро начала октября. Небо хмурится, то и дело начинает накрапывать мелкий дождичек, буквально за несколько секунд пронизывая влагой всё вокруг. В такое время все нормальные люди ещё нежатся в своих постелях, наслаждаясь сознанием начала выходного дня. В лучшем случае некоторые из российских обывателей в эти минуты проследовали к телевизору, намереваясь смотреть его в течение всего воскресенья. Но всё выше сказанное не относится к преподавателям-экологам и нескольким студентам, собравшимся в это хмурое утро на ступеньках главного корпуса педагогического университета. Они ждут автобуса, который должен доставить уже изрядно продрогшую группу в село Семидубравное, вошедшее в историю как место, связанное с именем великого Лермонтова, гостившего в нем весной - летом 1840 года у своего друга Александра Потапова - внука воронежского губернатора екатерининской эпохи. По лицам студентов видно, что они уже изрядно раскаиваются в том, что согласились участвовать в этой поездке. Куда лучше было бы, вернувшись вчера поздно с дискотеки, сейчас мирно почивать под шум дождя. Наконец подходит давно ожидаемый автобус. Быстро грузимся в него, и ... через несколько минут перед нами словно бы раскрывается занавес. Тучи разошлись словно по мановению волшебной палочки, и яркие лучи солнца засверкали по мокрому асфальту, пожелтевшей листве, крышам домов, создавая какую-то удивительную феерию. Кто-то из студентов восторженно ахнул. С этой минуты мы за всю поездку не слышали ни одной жалобы. А посмотреть за окнами автобуса есть на что. Золотая осень вступает в свои права. Вдоль дороги сверкают багряным золотом клены. С ними соперничают ясени, чья листва к этому времени приобретает солнечно-желтый цвет. И всё это великолепие оттеняют могучие дубы, сверкающие червленым золотом, словно средневековые витязи доспехами. Облака, только недавно образовывавшие пелену мрачного серо-свинцового света, разбежались по небосводу как живые и заиграли всеми оттенками от светло-голубого до фиолетового. "Прямо как с картин Рериха!" - воскликнула какая-то начитанная студентка. За Ново-Животинным картина за окном существенно меняется. Дорога сужается и движение машин по ней становится более редким. Зато часто стали появляться грузовики с наращенными бортами с верхом груженые сахарной свеклой. В разгаре шла её уборка. Мне невольно вспомнилась студенческая молодость, когда мы в это же время (а то и позже) выдалбливали корнеплоды из замерзшей земли компрессорными отбойными молотками. Современные студенты даже и не знают, что такое поездки в колхоз. За окнами автобуса чаще стали мелькать черные поникшие головки подсолнечника, свежие весело зеленые посевы озимых, угрюмо глядящие из земли ещё не убранные корнеплоды сахарной и кормовой свеклы. Дорога то забирается на подъем, то круто обрывается вниз. Чувствуется, что за какие-нибудь полчаса дороги мы покинули Окско-Донскую равнину и переместились на Среднерусскую возвышенность. Замечаю некоторое беспокойство в поведении нашего шофера. Он несколько раз то нервно смотрит в зеркало заднего вида, то вытягивает шею, силясь рассмотреть что-то впереди. "Правильно едем?" - также начиная испытывать беспокойство, обращаюсь к нему. "А черт его знает!" - видно, что присутствие изрядного числа красивых девушек заставляет нашего шофера избегать более крепких выражений. "Сколько уж едем и хоть бы один указатель!" Действительно, мы миновали уже несколько поворотов, но никаких признаков указателей направления не обнаружено. Моя предусмотрительно захваченная карта мало проясняет ситуацию. Наконец, доезжаем до развилки. Студенты, кажется, даже рады небольшому приключению. То и дело сыплются остроты: "Прямо, как в сказке: налево пойдешь..., направо пойдешь...", "Виталик, давай на запах определим...", "Давайте по ветру поедем..." После недолгих споров решаем сворачивать налево. Прямо как в пословице: "Не знаешь куда идти, иди налево". Проезжаем несколько километров и попадаем ... в болото. Нет, если верить карте, здесь должен быть асфальт... Но этот асфальт буквально погребен под слоем жирного чернозема, вытащенного с грунтовых дорог протекторами колес мощной сельскохозяйственной техники, возвращающейся с очередной "битвы за урожай". Вот уж не думали, что в каких-нибудь тридцати километрах от областного центра встречаются такие черноземы! И опять же никакого указателя... И спросить дорогу не у кого. Наконец водитель решается. На первой передаче въезжаем в устрашающе черную жижу. Автобус тут же начинает "вести". Водитель просит пассажиров выйти. А куда тут выйдешь, если под ногами такая страсть? Кое-как, постоянно останавливаясь и буксуя, преодолеваем опасный участок. Его общая длина оказалась не менее километра. К концу пути обнаруживаем, что за нами, широко раскрыв глаза, наблюдает группа аборигенов обоих полов, словно бы вынырнувших из грязи, как Афродита из пены морской. По всему видать, автобус, набитый пассажирами явно городского вида и явно не приспособленный для езды по таким дорогам, здесь в диковинку. Наконец достигаем асфальта. Впрочем, сей материал, весь покрытый рытвинами и источенный какими-то щелями, явно не заслуживает столь громкого названия. Но всё-таки это, как-никак, "твердое покрытие", по которому можно ехать, не опасаясь в любой момент из-за неосторожного движения оказаться в кювете. Студенты приветствуют "асфальт" радостными криками, как моряки увидевшие землю после многодневного плавания. Ещё через несколько километров достигаем вполне приличной трассы, на которой даже стоит указатель (!) "Землянск 3 км". Значит, мы уже недалеко от цели путешествия. Начинается довольно однообразная, из-за окаймляющих с двух сторон лесных полос, дорога. Как и раньше едем "с горки на горку..." Преодолеваем очередной подъем, и перед нами открывается вид на живописную долину. Перед нами открывается панорама на село (а ведь когда-то был город (!) Землянск. С вершины холма видно, как вдоль русел пересекающих долину речек тянутся разноцветные крыши сельских усадеб, в центре видно несколько двухэтажных кирпичных строений, построенных явно не позже XIX века. Посреди поселка маячит серебристая гладь большого пруда. И над всем этим возвышается золотой церковный купол. На студентов открывшаяся панорама и особенно купол церкви явно производит впечатление. Въезжаем в поселок (почему-то назвать его селом язык ни у кого не повернулся) и опять натыкаемся на развилку. Впрочем, указатель здесь имеется, направление, куда нам надлежит следовать, указано, но студенты просят ("Ну, хоть на минуточку!") подъехать к церкви. Преодолев несколько подъемов, въезжаем на церковную площадь. Перед нами открывается Воскресенский собор, построенный в первой трети XIX века. Как и многие наши многострадальные церкви, собор пережил периоды закрытия, попытку сноса (по непонятным причинам не удалась), превращения в склад удобрений и в МТС, а затем возрождение. Рядом с собором ещё несколько зданий привлекает наше внимание солидной архитектурой и бросающимся в глаза декором. Это здания земской больницы, когда-то подаренной городу купцом Титовым, и присутственных мест, где когда-то размещались сразу городничество, уездный суд и тюрьма. Чудь поодаль стоят несколько солидных купеческих усадеб, весь добротный вид которых словно бы говорит: "Подождите, мы многое пережили и вас переживем. Наше время ещё вернется". Землянску не везло из-за близкого соседства с губернским (позднее, областным) центром. За всю историю в нем было всего одно промышленное предприятие - суконная фабрика, закрытая ещё в середине XIX века. Невыгодно было держать здесь предприятия, да и торговля была незначительна. Жители занимались сельским хозяйством, а необходимые промтовары привозили из Воронежа. Город могла бы спасти проложенная кратчайшим путем из Ельца на Воронеж железная дорога, но этого (опять же по неизвестно каким причинам) не произошло. Так и остался доживать Землянск под боком у Воронежа. Как это часто бывает - сильный отбирает у слабого все источники существования! Может быть, старик Мальтус был прав?! По выражениям лиц студентов, слушавших мой рассказ, вижу, что Землянск им понравился. Они явно не торопятся продолжать путь и с видимой неохотой рассаживаются по местам в автобусе. Есть что-то неповторимо и одновременно бесхитростно притягательное в тихой русской провинции. Особенно если она расположена рядом с миллионным городом, но, несмотря на такое соседство, не растеряла присущего ей какого-то внутреннего очарования. Наш путь лежит дальше по тем же холмам, среди тех же полей и лесополос. Наконец сворачиваем с трассы, проезжаем большое село Казинка и натыкаемся на указатель "Новая Покровка". Мы у цели! Нас уже встречают. Местный энтузиаст-краевед, учитель географии Александр Владимирович Канаев "сигналит" нам, стоя на обочине. Приняв его в автобус, подьезжаем к раскинувшемуся на холме старинному парку. У подножия парка блестит ровная гладь деревенского пруда. Выходим из автобуса и направляемся под сень вековых деревьев. Александр Владимирович начинает свой рассказ. Усадьба в селе Семидубравное (так раньше называлась Новая Покровка) была основана воронежским губернатором Иваном Алексеевичем Потаповым в 1777 году. Им же был построен, увы, ныне не сохранившийся дом, состоящий из двух этажей и двадцати комнат, стены которых были обиты шелком и бархатом и украшены картинами. Для гостей был построен специальный флигель. Через восемь лет в имении была возведена Покровская церковь, от которой ныне остался лишь остов. Она и дала новое название селу. Иван Алексеевич был личностью примечательной. Он единственный из воронежских губернаторов пробыл в этой должности целых шестнадцать лет. Под его началом была проведена реконструкция Воронежа в соответствии с Генеральным планом, подписанным Екатериной II. Именно им были заложены основы современной планировки Воронежа и построены многие здания, украшающие наш город до сих пор, открыты новые учебные заведения. Его другом был крупный ученый, краевед и церковный деятель Е.А. Болховитинов. С М.Ю. Лермонтовым дружил его внук поручик лейб-гвардии Гусарского полка Александр Львович Потапов. По отзывом великого поэта Александр, как и подобает гусару, был весьма колоритный гуляка, весельчак, любимец женщин, поэт, но никогда не терявший трезвого взгляда на жизнь. В 1840 году М.Ю. Лермонтов за дуэль с французом Барантом был во второй раз сослан на Кавказ. Туда он поехал вместе со своим товарищем Александром Гавриловичем Реми. По дороге они и решили заехать погостить к другу. Впрочем, желание погостить у сослуживцев заметно упало, когда они узнали, что у Потапова гостит его дядя генерал-лейтенант Потапов, славившийся своим грозным характером и нетерпимостью к любого рода нарушениям дисциплины. Впрочем, страхи друзей оказались напрасными. "Грозный" генерал оказался веселым и остроумным собеседником, быстро нашедшим общий язык с опальным поэтом. Друзья днем гуляли, вспоминали друзей, шутили, строили планы на будущее, вечером музицировали. В общем, весело проводили время. Именно здесь, в доме Потапова, Лермонтов сочинил музыку к своей "Казачьей колыбельной песне". Пробыл он в Семидубравном не более месяца, после чего отбыл к месту службы на Кавказ. В Ставрополе он был уже 10 июня 1840 года. После Лермонтова усадьбу в 1858 году посетил поэт И.С. Никитин. Он гостил в соседнем имении и сюда приезжал работать в библиотеке. Из построек усадьбы, кроме церкви, к нашему времени сохранились экономическая контора, где велись приходно-расходные дела, а также жил управляющий, кладовая и амбар. При виде этих неказистых построек с облупившимися стенами хотелось вытянуться по стойке "смирно". Ведь они "видели" Лермонтова! О парке хочется сказать особо. Таких огромных вековых деревьев под Воронежем можно увидеть разве что в парке села Воронцовка под Павловском. Но если там главное впечатление создают дубы, то здесь взгляд невольно останавливается на великолепных тополях, ясенях и липах. Александр Владимирович показывает нам сад священника, расположенный на противоположной стороне пруда и только в этом году объявленный, как и раньше парк, памятником природы. Да, мало что осталось от усадьбы, где гостили такие гиганты нашей поэзии, как Лермонтов и Никитин. Но в то же время сохраняется её дух. Он везде: в парке, в сохранившихся постройках, в необыкновенно удачном местоположении на склоне долины маленькой речки, да даже в самом воздухе парка. Он виден даже в нескольких учениках Александра Владимировича, повсюду следовавших за нами, преданно смотревших на своего учителя, и в то же время то и дело пытавшихся вставить словечко в его рассказ. Уловив минутку, они всё-таки овладевают инициативой и тащат нас к пруду. Как же не показать гостям места, где летом так здорово клюёт "во-о-от такой карась". Однако, нам пора возвращаться. Благодарим хозяев за интересный рассказ, тепло прощаемся и возвращаемся в автобус. Обратный путь кажется нам короче. Уже в дымке на горизонте показались многоэтажные дома Воронежа. Под самым городом нам попадаются напыщенные сооружения, принадлежащие "новым русским". Какими несуразными и уродливыми кажутся они нам теперь! А ведь как будто не замечали их раньше! В глазах студентов появляется выражение брезгливости...
Когда по электронной почте пришло сообщение следующего содержания: «Вы в числе победителей конкурса! Приглашаем Вас на Форум «Экоблогия». Расходы на перелёт и проживание мы берём на себя», я подумал, что меня кто-то разыгрывает. А когда на следующий день пришло новое сообщение, запрашивающее мои паспортные данные, необходимые для заказа билетов, то возникло даже нехорошее подозрение: «Не иначе как мои данные потребовались для заключения какого-нибудь фиктивного брака или регистрации фирмы-однодневки или для перевода денег к мальтийский или гибралтарский офф-шор. Знакомые бизнесмены рассказывали мне о подобных случаях. Преодолев страх, тем не менее решаю рискнуть. И … буквально через несколько часов по электронной почте получаю два билета в купейные номера поездов «Воронеж – Москва» и «Москва – Воронеж». Билет до Москвы был даже взят на скоростной поезд «Юность» в вагон бизнес-класса. Теперь уже не оставалось никаких сомнений! Итак в одно из воскресений после подъема в 5.30 (А вам слабо в выходной день?), поездке на такси, я уже вдыхаю свежий апрельский воздух на перроне до боли знакомого вокзала Воронеж – 1. Вагон бизнес-класса оказался обычным купейным вагоном с двумя сейфами, спрятанными под столиком со стороны нижних полок и телевизором, подвешенным над окном. Забегая вперед скажу, что телевизор этот самостоятельно выключить оказалось невозможным и приходилось хоть краем глаза смотреть какую-то галиматью, которую столь щедро в последние годы производит российский кинематограф. В Москву я пребываю в 3 часа дня. Путешествую я налегке, так что уже менее чем через час я вхожу в отель «Holidaу» возле Белорусского вокзала, где для меня организаторами Форума был забронирован номер. На том события в тот день закончились. Пора рассказать о самом Форуме. Форум «Экоблогия» проводился РИА – Новости при поддержке Фонда охраны дикой природы и Фонда Форда. Полное название Форума «Первый международный форум гражданской журналистики в области экологии». Суть конкурса, о котором шла речь в начале данной статьи, сводилась к выявлению десяти лучших экоблогеров России, т.е., блогеров, пишущих на экологические темы. В этой десятке оказался и блог автора этой статьи. С определению лучших были привлечены 47 человек: журналистов из различных информационных агентств, в том числе зарубежных. Критерием отбора были литературность изложения, иллюстративность, посещаемость блога. Первый день работы форума проходил в стенах отеля «Holidaу». Он начался с дискуссии между журналистом «Известий» Е. Арсюхиным и популярным блогером О. Козыревым. Участники дискуссии в итоге сошлись на том, что в современных условиях роль блогеров в передаче и распространении информации заметно возрастает. Это является следствием того, что блогеры являются более «свободными» в плане выбора темы, проверки и подачи информации. В то же время на блогеров вполне распространяются правила и законы журналистской этики. На следующем этапе пошли выступления иностранных гостей. Магистрант университета Претории (ЮАР) Э. Мбедзи рассказал об особенностях влияния глобального потепления на засушливые районы Южной Африки. Научный сотрудник Университета Консепсьон (Чили) А. Сантелицес поведала об изменениях в социальной среде аборигенов Анд под воздействием глобального потепления. Хао Синь (Китай) рассказал о деятельность некоммерческих общественных организаций Китая. После обеда наступила очередь блогеров. Нас десятерых вызвали на «подиум» и предложили по очереди выступить. Было весьма приятно оказаться среди таких достойных людей, как Евгений Усов (председатель Санкт-Петербургского отделения «Green peace»), Андрей Ожаровский (член экологического объединения «Беллона»), Евгения Чирикова (председатель общественной организации «Спасем Химкинский лес!»). Вот уж действительно – Форум Неравнодушных! Этот день завершился фуршетом и водной прогулкой по Москве-реке. Второй день был посвящен проведению мастер-классов и проходил непосредственно в здании РИА – Новости на Зубовском бульваре. Руководитель редакции «Новости науки и экологии» Андрей Резниченко и корреспондент “The Moscow news» Наталья Антонова ознакомили собравшихся с современным состоянием русскоязычной и англоязычной блогосфер. Руководитель группы работы с пользовательским контентом РИА – Новости Наталья Бем ознакомила участником форума с методикой работы в социальных сетях. Последним пунктом программы работы Форума стала экскурсия по РИА – Новости. Мы побывали в отделе вещания на иностранных языках, отделе аудиовизуальной информации и, наконец, в «сердце» РИА-Новости – в редакции. Перед нашими глазами прошла вся «кухня» подготовки информации – от получения пресс-релизов до выхода в виде Интернет-страниц. Думаю, излишне говорить о том, что мы интенсивно общались друг с другом. Автор к своему удивлению оказался в центре внимания молодежи (в основном студентов журфака МГУ), задающих самые разные вопросы: почему Вы решили завести свой блог?, как сделать блог читатебельным?, о чем надо писать? и т.д. К концу нашего общения у меня уже не оставалось визитных карточек, так что телефон и электронный адрес приходилось писать как сто лет назад на салфетках в буфете, где проходили кофе-брейки. Когда мы покидали здание РИА – новости, на московских улицах бушевала метель. Но, не смотря на довольно напряженный день, мы все были на редкость бодры и жизнерадостны. Непрерывно слышался смех, доносились шутки, люди ещё вчера незнакомые друг с другом казались самыми близкими друзьями! Казалось, все мы получили какой-то сильный заряд энергии. Автор всю ночь в поезде до Воронежа без устали стучал по клавишам своего ноутбука, пытаясь продлить общение с недавно обретенными друзьями. В общем, господа, пишите блоги! Это занятие принесет вам небывалые ощущения и позволит приобрести много друзей по всему миру! Дерзайте же!
Жители домов в районе «СХИ» вот уже несколько лет героически отстаивают кусочек «зеленого» Воронежа, не давая строительной компании «ДСК» уничтожить редкие породы деревьев. Доходило и до рукопашных схваток с охранниками ЧОП "Вертикаль". В декабре 2007 года жителям удалось нечеловеческими усилиями остановить строительство на полтора года. Но когда в апреле 2009 варварское строительство возобновилось, воронежцы остались в этой борьбе в одиночестве – на захват земли закрыли глаза и местные власти, и федеральные.
По действующему законодательству РФ, на городского жителя положено 12 квадратных метров зеленых насаждений. В реальности в Воронеже эта цифра в 3 раза меньше – всего 4 кв. м. Но городские власти не только не пытаются ее увеличить, но и всячески помогают строительной мафии убивать островки природы.
Уже несколько лет жители домов в районе «СХИ» борются за кусочек леса на улице Тимирязева. Дело в том, что земля по адресу Тимирязева, 1б, которую в 2007 году администрация Воронежа отдала под застройку, находится в охранной зоне двух памятников природы: Ботанического сада имени Б.А.Келлера и Дендропарка ВГАУ. Кроме того, сам комплекс СХИ является памятником истории и культуры федерального значения, в паспорте которого черным по белому указано "на территории запрещено любое строительство".
Эти 23 тысячи квадратных метров ВГАУ получил в бессрочное пользование еще в 1959 году. И участок этой земли бывший мэр Воронежа Борис Скрынников выделил для ОАО «Домостроительный комбинат». Сначала под коттеджи, затем – под строительство «спортивного комплекса с открытыми спортивными площадками", потом - опять под коттеджи.
Согласно статье 209 Гражданского кодекса РФ, правом распоряжения землей обладает лишь ее собственник (в данном случае – ВГАУ), и только при условии, если это не наносит ущерба окружающей среде. А ущерб, как говорится, налицо. Согласно акту просмотра участка, который был составлен преподавателем лесотехнической академии И.Ю. Исаковым, местность уже в 2008 году была изуродована: на расстоянии 20 метров от границы памятника природы находится котлован глубиной 3 метра, на территории которого уничтожено около тысячи деревьев. Из всего этого Исаков сделал вывод, что действиями строителей причинен вред не только зеленым насаждениям, но и здоровью людей.
Жители близлежащих домов уже не раз обращались в суды, писали заявления в Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом и обращения губернатору Воронежской области.
В феврале 2008 года Росимущество встало на сторону строителей. Решение о предоставлении земельного участка было принято в рамках программы по расселению обманутых дольщиков. Суд одну из причин отказа в иске узрел в том, что истцы якобы необоснованно приводили довод о возможном вреде облику и интерьеру объектов культурного наследия.
Почти год спустя, в марте 2009 года, Центральный районный суд Воронежа также отказал жителям в иске, сославшись на отсутствие доказательств, подтверждающих причинение вреда здоровью. Предъявленные Исаковым описания не произвели на суд должного впечатления. Действительно, всего лишь тысяча погубленных деревьев, никто же не умер. Не обратили внимания и на тот факт, что Воронеж является городом с повышенным загрязнением воздуха и «лишняя» сотня деревьев – это не так уж мало, особенно для людей с заболеваниями органов дыхания.
Чуть позже, в мае 2009, Росохранкультура удовлетворяет заявления жителей и выдает предписание о прекращении строительства. Однако оно не производит впечатление на «Домостроительный комбинат», и уничтожение памятника природы и историко-культурного наследия продолжается.
В декабре этого же года выходит еще одно предписание. На сей раз – от департамента архитектуры и строительной политики Воронежской области. Строителей-вандалов обязывают до 30 декабря 2009 года закончить все работы на участке Тимирязева 1б, но требование снова не выполняется.
В декабре 2009 года Воронежская городская дума (где всегда было сильно строительное лобби) принимает решение об изменении зонирования териитории возле домов 1 и 3 по ул. Тимирязева. Данный факт уже сам по себе является признаком коррупции, но антикоррупционный комитет почему-то молчит.
А в марте 2010 года инспекция государственного строительного надзора Воронежской области уже не нашла ничего противозаконного в действиях ДСК, кроме небольшого отступления от требований нормативно-правовых актов, за которые предусмотрен штраф в размере 30–100 тыс. рублей. Строители, можно сказать, отделались легким испугом.
Уже в июне этого года Росимущество выносит свой вердикт в ответ на обращение одной из жителей близлежащих домов, Юлии Успенской: «основания считать указанный участок федеральной собственностью отсутствуют». Странно, не правда ли? Следовательно, получается, что участок принадлежит не ВГАУ (то есть Российской Федерации), а городу. С чего бы это вдруг? И администрация вправе творить с ним что угодно. Значит, и действия строителей законны, не считаясь ни с какими памятниками природы и архитектуры. Что же заставило власти так резко поменять свое отношение к конфликту между ДСК и жителями, желающими жить в здоровом городе?
Сейчас на месте некогда благоухащего сада и тенистой рощи возвышается несколько уродливых сооружений, представляющих нечто среднее между собачьей конурой и тюремным замком. И это рядом с творением гениального архитектора Дитриха, который прежде чем запроектировать студенческий городок СХИ объехал все сельскохозяйственные вузы Европы! Зря видно старался замечательный зодчий!
Сейчас жители студенческого городка СХИ криво усмехаются, слыша призывы губернатора Воронежской области А. Гордеева о том, что "каждый дом должен иметь свой сад". При этом губернатор демонстративно перед телекамерами посадил несколько кустов в Кольцовском сквере и парке Оптимистов.
Жители СХИ ещё не теряют надежду на торжество справедливости и наказание виновных в совершенном варварстве. Через интернет и Первый Международный форум экоблогеров они установили связь с легендарными защитникааи Химкинского леса и такими общественными международными природоохранными организациями как "Greenpeace" и "Беллона". Может быть, их совместные действия будут более эффектиными? Или воронежские городские власти перейдут наконец от посадок нескольких кустиков перед телекамерами к реальным природоохранным действиям? Очень хотелось бы в это верить...
P.S. История описанные выше, имеет продолждение... Жители дома № 1 по улице Тимирязева, организовав свое общество собственников жилья, решили оформить в собственность придомовую территорию. Но границы до сих пор не установлены!!! ДСК так за собой и не оформило незаконно захваченную территорию!!! Всё яснее становится, что данная стройка представляет собой целую цепь нарушений, которыми пора бы уже заинтересоваться соответствующим государственным структурам. Но они почем-то медлят...
Для начала немного хронологии. 29.07.10. 14.00 – По направлению к селу Ольховатка Верхне-Мамонского района видны три столба дыма на расстоянии нескольких километров друг от друга. Горит лес! 15.00 – Пожар усиливается! С горы на противоположном берегу Дона видно, что первоначальные очаги сливаются в один, который стремительно расширяется. Наиболее заметно движение огня в северо-западном направлении. 17.00 – Направление ветра резко меняется. Теперь огонь движется на юго-восток. Населенные пункты на правом берегу (хутор Донской и село Дерезовка) затягиваются дымом. В воздухе появляется явственный запах гари. Падают частицы пепла и обгоревшая хвоя сосны. С правого берега по мобильным телефонам приходят тревожные сигналы «Горят дома в Гороховке и Ольховатке!», «Тушить некому! Все пожарные машины отправлены в Воронеж!» 21.00 – Звонок от одного из выехавших на пожар добровольцев: «Мы не можем пробиться! Кругом черно и дышать нечем! Помогаем эвакуировать людей из крайних домов!» 21.30 – С дороги Верхний Мамон – Ольховатка слышны сирены пожарных машин. Это прибыли наконец-то пожарные расчеты. Как потом выяснилось они были вызваны из соседних районов и даже областей нередко за несколько сотен километров от самих пожаров. 22.30 – Прибегает испуганный сосед: «Дайте лодку из Гороховки детей вывезти!» 30.07.10. 9.00 – В центре Гороховки замечаю несколько сгоревших домов, пепелище на месте сгоревших колхозных пилорамы и мастерской. О температуре, достигавшей здесь во время пожара, можно судить по полопавшимся и частично расплавленным (!!) кирпичам. Местные жители, ещё не придя в себя от пережитого ужаса, рассказывают: «Ночью из леса огненные шары на километры летели! Мы документы похватали, всё мало-мальски ценное – в подвал, детей – в машину и на берег Дона поближе к воде!» 10.30 – За Гороховкой – сгоревший сосновый лес. Пейзаж напоминает иллюстрации к «Апокалипсису» - мертвые обуглившиеся стволы деревьев, а под ногами – слой пепла. 11.00 – Кое-где лес ещё горит. Пожарные отчаянно пытаются спасти ещё сохранившиеся уголки живого леса. Воды не хватает, и машины вынуждены постоянно отъезжать дозаправляться. На ближайшей пожарной машине надпись «г. Ровеньки» (это за 170 км!). «Мы здесь всю ночь! Уже с ног валимся! В Ольховатке половина домов сгорела!» - рассказывают пожарные. Внезапный крик со стороны машины «Вода кончилась!» Командир отделения дает команду «Тушим подручными средствами!». 11.30 – По дороге «Верхний Мамон – Ольховатка» в обе стороны снуют пожарные машины, цистерны с водой, школьные автобусы с добровольцами. Возле больницы в Гороховке очередь из пожарных машин за водой. Судя по надписям, все машины прибыли издалека, местных нет ни одной!. 1.08.10. 9.00 – Над пепелищем неторопливо кружит самолет с эмблемой МЧС. Периодически из него что-то сливается на уже мертвый лес. Как говорится, вовремя! Обычно среди причин возникновения лесных пожаров указывается в первую очередь т.н. «человеческий фактор», т.е., проще говоря, халатность: брошенный окурок, плохо затушенный костер, искра от автомобиля с неисправным глушителем. Вот и на этот раз поступила информация о какой-то дачнице, не вовремя вздумавшей растапливать печку во дворе. Слов нет и такое возможно, но… позволю себе обратить внимание на мнение одного из участников последнего тушения. «Странный пожар! Лес горел какими-то кругами. Снаружи огонь и внутри огонь! А внутрь то не войдешь! Как будто специально поджигали!» «У нас все леса на аренде – говорит другой огнеборец – Похоже, конкуренты, на этот участок претендовавшие, и постарались. А заодно и районной администрации насолить!» В самом деле одной не затушенной спичкой трудно объяснить как масштабы прокатившихся по стране пожаров, так и такие странные обстоятельства, как одновременное возникновение очагов на большом расстоянии друг от друга. Указывают также на необычную жару в этом году в сочетании с ветреной погодой, якобы также способствовавшей распространению огня. Полноте, господа придворные аналитики! Жарой нас не удивишь (бывали лета и более жаркие, например, 1972, 1979, 1986, 1988, 1989, 1995, 1996, 2001 и 2006 гг.), да и к ветрам мы, живущие на границе леса и степи, привыкли. Автор этих строк помнит лесные пожары 1972, 1992 гг., помнит, как задыхался Воронеж от дыма в 2002 г. И тогда ущерб был значительный, но катастрофы все-таки не произошло. В чем же дело? В чем разница между теми годами и нынешним? А главная разница вот в чем. В 2005 году в связи с проводимой «административной реформой» в стране была ликвидирована Федеральная служба леса. Это привело на местах к ликвидации лесхозов, замененных т.н. «головными лесничествами» с весьма сокращенными штатами. Из штатов были выведены рабочие, вальщики, механизаторы, и, заметьте, пожарная охрана. В лесу стал накапливаться сухостой и валежник, представляющий собой потенциальную пожарную опасность. Пришли в негодность, а местами и совсем развалились ранее считавшиеся обязательными противопожарные наблюдательные вышки. За лесом просто некому стало смотреть, некому о нем заботиться! Власти думали, что ситуацию спасет частник арендатор, который якобы будет заинтересован в сохранении и выращивании качественного леса. И опять хочется воскликнуть «Полноте!». Частнику не лес нужен, а лесные земли. Захватывать лесные земли, строить на них коттеджи, VIP – турбазы и охотничьи хозяйства и одновременно ухаживать за лесом, создавая благоприятные условия для функционирования сложнейшего лесного организма есть, по выражению О. Бендера, «две большие разницы». Последнее требует специфических знаний и, конечно же, желания. А арендатор, стремясь избежать лишних расходов, откровенно игнорирует соответствующие предписания. Сдача лесов в аренду породила также уже упоминавшиеся в этой статье «гангстерские» страсти. К сказанному следует ещё раз упомянуть факт отсутствия на месте всех (!) пожарных машин. Где же они, черт возьми, были? Слов нет, в районе областного центра тоже бушевали пожары, но хоть одну машину можно было оставить! Пока огонь разгорался, м.б. и её бы хватило, если бы прибыла вовремя! Но нет, губернаторская дача, коттеджи воронежских высших чиновников и элитные турбазы куда важнее, чем затерянные среди сосновых лесов маленькие села и хуторки! Вот и пришлось вызывать пожарные расчеты из других областей. А пока они доехали… Хочется задать вопрос: кто же виноват в развале лесного хозяйства, в ликвидации лесной охраны, у уменьшении количества муниципальных пожарных расчетов? Кто должен отвечать за произошедшую (тут уж нечего тешить себя иллюзиями) экологическую катастрофу? Кто ответит за пришедшие в подвижность пески, которые начнут засыпать поселки и поля? Кто ответит за разрушительную почвенную эрозию? Произошедшие события вызывают у автора ассоциацию с явлением распада раковой опухоли, которая распадаясь, губит и окружающие её ткани. В данном случае в роли тканей оказалась наша российская природа, а в роли опухоли … читатель, я думаю, догадается сам. В заключение хочется заметить: этим летом в России не леса горели. Горела вся система природопользования и управления всем природным хозяйством…
О том, что мне выпала высокая честь участвовать в городском субботнике, я узнал всего за два дня до него. То есть, мне оставалось около полутора суток, чтобы перенести занятия (минимум – два заявления в учебный отдел), оповестить студентов, которые уже начали разъезжаться перед выходными. Но… долг куратора первого курса обязывает… В результате ровно в 9.00 мы собираемся у главного входа в университет. Небо с утра пасмурное, временами начинает накрапывать дождик. Со мной – порядка полутора десятков студентов и трое коллег с четырех факультетов. Нам предстоит идти недалеко – на Терновое кладбище (примерно полчаса ходу от университета). Терновое кладбище – место само по себе довольно интересное. Оно является памятником истории и вроде как находится под охраной государства. Это – старейшее из сохранившихся кладбищ города. По мнению краеведов, оно возникло ещё аж в начале 1770-х годов. Кладбище не было дюже престижным, здесь хоронили жителей прилегающих к нему частей города и соседней слободы. Здесь было похоронено немало офицеров – героев войны 1812 года и Первой мировой войны, несколько адвокатов (в том числе Петровский, на месте дачи которого размещен сейчас главный корпус нашего университета) и архитекторов (в том числе и С. Соколов, по проекту которого на кладбище была построена закрытая в 1934 и разрушенная в 60-х годах XX века церковь), жертвы еврейских погромов, расстрелянный большевиками священник и расстрелянная шкуровцами в 1919 году комсомолка. Все они мирно покоились рядом. Снос надгробий Тернового кладбища проходил в 1940-е – 1960-е годы. В 1970-е годы часть кладбища была занята спортивной площадкой построенной на месте снесенной церкви школы. В начале 2000-х годов кладбище расчистили и построили небольшую часовню. На кладбище к нашему приходу собралось уже много народу. Съемочная группа местного телевидения снимала сюжет о столь значительном мероприятии, здесь же суетились несколько фотографов. Нас встречает девушка – один из организаторов субботника. Нам выдают несколько черных пластиковых мешков и показывают ожидающие нас кучи мусора. Наша задача – перенести мусор к выходу с кладбища, где его можно будет погрузить на машины. Девушки начинают засыпать мусор в мешки, а мужчины (включая и Вашего покорного слугу) таскать их через весь парк к выходу. Занятие на первый взгляд не вызывающее трудностей, если бы не одно «но»… Накануне на кладбище пилили кусты. Спилить то их спилили, но оставили небольшие острые штырьки, невысоко приподнимающиеся над землей и от этого почти незаметные. Напороться на них мягкой подошвой кроссовок оказалось весьма чувствительно. Поэтому приходилось быть осторожным и внимательно смотреть под ноги, что значительно замедляло передвижение. Совершая довольно продолжительные переходы через всё кладбище, я имел возможность наблюдать за всеми, кто работал в парке. Основную массу работающих составляли учащиеся расположенной рядом с кладбищем школы. Бросалась в глаза группа «Справедливой России» в желтых фирменных свитерах, надетых поверх одежды. Насколько я успел заметить, возле них постоянно крутилось несколько фотографов. По соседству с нами работали несколько националистов из Народного патриотического союза. Их легко можно было узнать по абсолютно выбритым головам, камуфляжной форме и синим повязкам с буквами «НПС». Работали они добросовестно, хотя периодически и отвлекались, чтобы попозировать перед фотографами. У них рано закончились мешки, и мы отдали им несколько своих. По правую руку от нас работали с полсотни сотрудников Федеральной службы исполнения наказаний (ещё на подходе к кладбищу мы заметили несколько автобусов – автозаков). Вертухаи трудились без видимого энтузиазма и явно из-под палки. Тут же стояли несколько их начальников в крупных чинах, покрикивающие на своих подчиненных. Посреди парка чинно помахивали граблями несколько батюшек в длинных черных рясах и в почти таких же длинных бородах. Возле них постоянно находился фотограф, пытавшийся зафиксировать каждый взмах граблями, сделанный «врачевателями душ». Возле нас, никому не нужных, сирых и убогих, фотографы и телевидение не крутились, поэтому работали мы быстро. Царившее было поначалу уныние (а кому охота работать в субботу?) постепенно рассеялось. Одна их студенток факультета иностранных языков даже затянула какую-то популярную песню на английском языке. Ей вторили другие. Песня привлекла внимание работавших поблизости вертухаев. - Откуда будете, девчонки? – лихо воскликнул, подмигивая, пробегающий мимо вертухай с граблями. - Из педагогического университета – вежливо ответила моя молодая коллега. Лицо парня вдруг вытянулось, и он как-то неестественно поспешно пробежал дальше своей дорогой. Очевидно, бывшему двоечнику вспомнилась его первая учительница. Первыми закончили работу батюшки. Сфотографировавшись последний раз, они также чинно положили грабли на свои могучие плечи и степенным размеренным шагом направились к выходу. Следующими исчезли вертухаи. Привыкшие все делать по команде, они по сигналу начальства радостно и быстро собрали свой инвентарь и почти бегом устремились к своим автозакам. Школьники ещё работали, но число их явно уменьшилось. Представители политических сил ещё оставались. Правда, «справедливороссы» уже пили чай и заедали его бутербродами, вызывая обильное слюнотечение у националистов. Последние ещё работали, но уже без прежнего пыла, чаще прерываясь на перекуры. Наконец, мы отнесли в указанное место последний мешок с мусором, огляделись, поняли, что мы здесь уже никому не нужны и поплелись к выходу.Нам вслед донеслось пение первой в этом году теньковки.
Во-первых, почти везде поют зяблики. В некоторых местах слышно сразу нескольких.
Во-вторых обнаружил потенциальное гнездо пухляка:
В третьих, видел пищуху:
В четвертых, появились шмели.
В пятых, видел растрепанную синицу:
В шестых, на пруду появились кряквы: селезень и самка:
В седьмых, мне на левую руку села бабочка. В это время я готовился снимать крякв, и аппарат был поставлен на максимальное ЭФР - 420 мм, что для съемки бабочки на руке ну никак не пригодно. Пришлось, держа аппарат в правой руке, о палец левой крутить объектив, а потом снимать.
В восьмых, слышал кукование.
И, наконец, в девятых, на небольшом болотце появилась масса лягушек. Идешь - и лягушек вспугиваешь. Одни с берега в воду прыгают, другие - в воде булькают.
А в одном месте услышал странное булькание - оказывается, там собралось целое партийное собрание.
Когда я подошел, собрание разбежалось. Но остались самые стойкие...
Только вчера мне позвонили и сообщили, что завтра в N-ском государственном университете будет происходить знаменательная конференция под названием «Профессия учителя: радость профессии, радость творчества». Я пришел на заседание и то, что я увидел, позволю себе сообщить. Заседание началось с рекламы фирмы «Крисмас+», поставляющей лабораторное оборудование. Доцент географического факультета (!) пела соловьем о том, как это удобно и дешево. Как говорится, начало конференции было вполне достойным! Вторым номером выступала учитель географии одной из районных школ. Пение соловья заключалось на этот раз в дифирамбах «ЕР» и районной администрации за то, что они НЕ МЕШАЮТ производить очистку родников. Надо же, какая доблесть! Затем почти полтора часа выступал один учитель сельской школы о том, как они создали купальню и освятили её. Надо же, какое великое занятие для школы, да и доклада на научной конференции! Тем более, что помахать кадилом – занятие, с интеллектом отнюдь не связанное. Не буду утомлять читателя рассказам о том, что я слушал дальше. Могу сказать то, что меня не отступало ощущение: «Где я нахожусь – в университете, или в дурдоме?!». А ведь это моя alma mater! Стыдно и больно, ей-Богу! Апогеем всего стало выступление декана факультета о том, что теперь на их факультете берут ВСЕХ желающих на бюджетное обучение. Для этого нужен аттестат чуть выше «двоишного». И это говорил профессор университета!!!! Дальше я не выдержал – сбежал. Если университетские научные конференции и дальше будут проходить в таком же духе, то можно заказывать молебен. Как говорится – аминь!!!
Половое воспитание человека прошло много этапов. В древних Египте, Индии, Греции и Риме царила свобода нравов. При этом родители не боялись за нравственность детей, более того, считали правильным передавать им «науку любви». Современные ведущие религиозные конфессии преследуют не только изображения обнаженных тел, но и передачу от поколения к поколению информацию о брачных отношениях, на вопросы детей отвечая: «Вырастешь – узнаешь». Кто же прав? Автор не берется быть третейским судьей в этом споре, который, наверно никогда не закончится. Слишком уж противоречива сексуальная природа человека разумного, слишком много здесь нестыковок и непонятного. Но попытаться разобраться в проблеме «первородного греха, аиста и капусты» все-таки стоит. Хотя бы для того, чтобы объяснить «юным зрителям», почему человек ведет себя так, как он себя ведет. Начнем с того, что человек появился на нашей грешной планете далеко не первым, то есть, он обладает инстинктивными программами, унаследованными от своих биологических предков. Половое поведение человека в большой мере определяется врожденными программами. Некоторые из них пригодны для современных условий, а другие безнадежно устарели, хотя могут и сыграть определенную роль. Если бы мы просто подчинялись врожденным программам, то наше половое поведение было бы очень диким, примитивным, грубым, эгоистичным, а порой и просто нелепым. Некоторые люди так себя и ведут. Но современные условия все-таки стараются исправлять устаревшие программы. Итак, обратимся опять к поведению животных. Животное появляется на свет с набором врожденных программ. В том числе о том, что нужно делать, чтобы оставить после себя потомство. Когда программа потребуется всерьез, её неумелое использование может стоить жизни. Как узнать заранее – полноценная или нет досталась тебе программа, сможешь ли ты сделать все правильно? Для этого природа изобрела игровое поведение. Играя, детеныши проверяют и тренируют свои программы, в том числе и программы полового поведения. Щенки и котята нередко изображают спаривание, меняясь ролями, осваивая не только свое поведение, но и поведение партнера. В опытах на мартышках выяснилось, что, если в детстве им не дают играть, они вырастают пугливо-агрессивными, с трудом образуют пару и плохо заботятся о потомстве. Нам досталась от предков не только программа спаривания, но и команда проверить её в играх со сверстниками. Она срабатывает в возрасте 4 – 6 лет. Где-нибудь в укромном месте дети играют в «папы – мамы» или в «доктора». Биологическая суть игры состоит в попытках воспроизвести спаривание, о чем дети сами не подозревают. Ранее, если взрослые заставали детей за столь грешным занятием, они приходили в ужас, а «провинившихся» строго наказывали. Родители из благополучных семей находили только одно объяснение: их порядочные дети попали под влияние детей из неблаговоспитанных семей. Многие родители думают так и сейчас. Но среди бывших благовоспитанных детей нашлось много смельчаков, которые, став взрослыми, решительно заявили: никто их этим играм не учил, они придумывали их сами. У всех видов, заботящихся о потомстве, детеныши любят своих родителей. Природа использует любовь к родителям, помимо всего прочего, не вызывающего сомнений, ещё для одной цели: их облик запечатлевается в детстве как образец будущего партнера по размножению. Чтобы это сработало, естественный отбор «подмешал» в любовь к родителям малую долю сексуальности. Девочка часто не просто любит отца, но и немного ревнует его к матери. Да и будущего супруга пытается подобрать похожим именно на отца. Посмотрите, как знакомятся две уважающие себя собаки. Они сначала обнюхивают друг другу носы, затем обнюхиваются сзади. В инстинктивных программах содержатся сведения о брачном партнере своего вида. Человек в настоящее время живет практически среди одних людей. Животные живут среди множества похожих друг на друга видов. И тут главное – не спутать. Программа требует: научись узнавать видовые признаки, а также признаки пола, возраста и готовности размножаться. Мы знакомимся лицом к лицу, учитывая возросшую роль мимики, речи и жестикуляции. Но древняя программа, характерная, кстати, для приматов, и тут не дает нам покоя и проявляет себя во внимании мужчин к женским ягодицам. Считается, что это неприлично. Но женщины поощряют данный интерес походкой или облегающей одеждой. Значит и они подсознательно следуют этой древней программе. Хорошо, со взрослыми, надеюсь, всё ясно. Но некоторые боятся, что на детей изображения обнаженных людей дурно влияют. Но это далеко не так. Дело в том, что ребенок по своим врожденным программам – ребенок голого человека. И ему программа подсказывает: ты должен знать, как выглядит твой будущий брачный партнер. Если он такую информацию вовремя получил, то интерес к ней снижается. В странах, где «сексуальная революция» произошла несколько десятилетий назад, дети совершенно равнодушны и к эротическим фильмам, и к порнографическим открыткам. Более того: там, где ещё в начальных классах детей с помощью муляжей и учебных фильмов познакомили со строением половых органов, интерес к этой области утрачивается на несколько самых «опасных» лет. Если ребенок подобной информации лишен, он всячески стремится её добыть. Отсюда его подглядывание за родителями, за купающимися, за переодевающимися сверстниками. Он знает, что подглядывать нехорошо и при этом испытывает угрызения совести. Но могут быть и страшные последствия, связанные с насилием. До прихода времени размножения самцы и самки многих видов похожи друг на друга и особого интереса к противоположному полу не проявляют. Мальчишки и девчонки до определенного этапа даже «презирают» друг друга. Но приближается время размножения, увеличивается выработка половых гормонов, и внешний облик преображается. Самцы тритона «отращивают» яркий гребень, самец лосося покрывается красными пятнами, у самцов оленей вырастают рога, у многих обезьян – гривы, усы и борода. Назначение всех этих сигналов – выделить готовую к размножению особь. Подобные признаки встречаются и у людей. У мужчин это растительность на лице, грубый голос, особый запах. У женщин – утолщенные и яркие губы, грудь, расширенные бедра, высокий голос и опять же особых запах, для усиления которого у обоих полов в соответствующих местах вырастают волосы. У человека эти признаки усиливаются различиями в прическах, в одежде, парфюмерией, косметикой и прочими украшениями. Половые гормоны изменяют поведение: животные начинают демонстрировать друг перед другом свои половые признаки. Они поднимают и опускают яркие хохлы, трубят, ревут, поют, барабанят по стволам деревьев и так далее. У человека проявление врожденных программ можно понять, наблюдая, как пытаются обратить на себя внимание невоспитанные подростки. Правда под влиянием развитых социальных отношений поведение облагораживается: важничанье переходит в манерное поведение, вопли и крики – в серенады под гитару, сила демонстрируется в спортивных турнирах, жеманничанье переходит в милое кокетство, визг и наскоки – в тонкие беседы с подшучиванием. Процесс ухаживания довольно сложен. У многих животных он приобрел характер токования, сопровождающийся демонстрацией самцов своих достоинств, включающих размеры, яркость окраски, силу и смелость. Кроме того, свойства самца должны отпугнуть соперников. Но тут включается некоторая неувязка: ведь и на самку эти признаки оказывают отпугивающее действие. Вот тут возникает противоречие. Самка и хочет приблизиться к самцу и побаивается его. А самцу главное не переборщить. Поэтому и он испытывает сходные чувства. Программы токования так устроены, что должна пройти проверка их соответствия. Если этого не происходит, оба партнера сердят друг друга, взаимный интерес у них угасает, и они расстаются. Молодой особи приходится токовать не один раз, пока она не научится действовать точно и согласованно с партнером. Всё это напоминает парный танец. Это не случайно: танцы и есть ритуализированная модель токования. Если оба партнера знают танец, ощущение слаженности наступает довольно быстро. Не случайно английская пословица говорит: «Если Вы любите танцы, то Вы сделали первый шаг к любви!» Поэтому неудивительно, что молодые люди легче и быстрее всего знакомятся на танцах. Теперь перейдем к вопросам выбора. Инстинктивный критерий выбора у мужчин довольно прост: им нравятся «красивые», что в первобытные времена означало – самые здоровые особи. Если девушка руководствуется примитивной инстинктивной подсказкой, то её привлекает такой же примитивный типаж – крупный, нагловатый субъект. Но современные условия внесли поправку, выдвигая на первый план иные качества: ум, трудолюбие, доброту, которые противостоят первобытным инстинктам. Но и те просто так свои позиции не сдают. Самец стремится максимально сократить процесс ухаживания, а у самки противоположная установка: как можно больше затянуть его. Причина здесь проста. У самца миллионы половых клеток, его биологическая задача – пристроить как можно больше гамет как можно большему числу самок. У самки гамет мало и её задача – выбрать наилучшего самца и как следует его проверить. Ухаживание обычно завершается поцелуем. Это весьма важный момент: взаимная боязнь рассеялась, выбор сделан, пора идти дальше. Пара скреплена доминантой влюбленности, которая имеет глубокий смысл. Если бы партнеры подходили к выбору друг друга строго объективно, они бы своего выбора никогда не сделали. Недаром друзья и родственники часто говорят о влюбившемся: «Он ослеп, что ли?». Влюбленность – одно из самых сильных и ярких состояний, испытываемых человеком. Влюбленность быстро проходит. Природа отвела на этот период весьма ограниченный отрезок времени – как раз столько, сколько нужно для размножения. Что будет дальше? В удачных парах она перейдет в любовь – чувство менее сильное, но более длительное. В неудачных парах партнеры расстаются. И в заключении попытаемся ответить на вопрос: почему мы стыдимся своей половой жизни и даже разговоров о ней? Именно этим человек резко отличается от животных, у которых все происходит в открытую. Главная причина таинственности в том, что от разных времен нам достались слишком разные и при этом плохо совместимые генетические программы. Человек ветрен, как некоторые мартышки и в то же время ревнив как павиан. Не соответствующая парному браку, ставшему традиционным в нашем обществе, гиперсексуальность смущает нас, а не соответствующие формы поведения скрываются от партнера и окружающих. Поэтому и «имеет место быть» стремление наложить запрет на все связанные с этим проблемы. Гиперсексуальность женщины обесценивает её в глазах мужчин. Ведь самые эмоционально богатые их программы токования и ухаживания предполагают сложное поведение, игру, неуверенность, переживания, ритуалы. Поэтому мужчины, как отцы и мужья стремятся заставить девушек и женщин вести себя целомудренно. Получается, что с одной стороны мы такие, какими нас создал естественный отбор, с другой мы – производная от сложившихся за исторический период (не такой уж длинный с точки зрения эволюции) социальных условий. Борьба между этими двумя тенденциями будет идти вечно. Какой из всего этого следует вывод? Советы здесь давать сложно, но, может быть, поняв причину всех сложностей нашей сексуальной жизни, мы научимся более грамотно с ней обращаться?
Древние египтяне причисляли павиана к священным животным, потому что на заре он поднимается на открытое место и при восходе Солнца громко кричит и производит движения, отдаленно сходные с поклонами и мольбой. Т.е., павиан – священное животное, поклоняющееся Солнцу, как человек. Только через тысячелетия наука внесла поправку: не павиан – как человек, а человек – как павиан.. Кричать на заре – свойство многих видов животных – птиц, копытных и, заметим, обезьян…Обезьян, относящихся к тому же отряду приматов, что и человек разумный. Коммуникативное содержание этих утренних криков: «Ночь с её опасностями миновала! Я жив и бдительно охраняю свой участок? А вы?» Каждое утро обезьяны оглашают окрестности групповыми криками потрясающей силы. При этом они приходят в неистовое возбуждение, трясутся, подпрыгивают. сотрясают деревья. Цель такого демонстративного поведения – показать соседним группам мощь и единство своей группы. Если соседнюю группу удалось перекричать, то каждый член сообщества чувствует себя увереннее. В ритмичном грохоте, выкриках, топоте и движении боевой группы мужчин без труда узнается её прародительская основа. Через ритмический шум к воинам приходит ощущение единства и силы, а к их противникам (по к.-л. причинам, не сумевшим их перекричать) – смятение и ужас. Крики на стадионах (с подпрыгиванием, топотом, грохотом, треском трещалок, воем дудок, петардами) происходят без всякого речевого общения. Здесь важно соревнование своих и чужих. Возбуждение так велико, а чувство единства становится таким сильным, что болельщики одной команды (до этого друг с другом совершенно незнакомые) могут всей массой броситься на болельщиков другой команды. Поколение подростков послевоенных лет, когда были недоступны музыкальные инструменты и звуковоспроизводящие устройства, устраивало своеобразные «пошумелки». По дворам и улицам проходили ватаги ребят, оглушительно стучавшие в старые кастрюли, листы железа, трещавшие палками по заборам и по водосточным трубам и при этом выкрикивающие нечто нечленораздельное, но вполне ритмичное. Разгонят их в одном месте – они соберутся в другом. Или заберутся на металлическую крышу и устроят там жуткую «пошумелку». Автор этих строк застал времена пионерии, когда отряды вышагивали по улицам города под барабанный бой и звуки горна. Автор сам принимал участие в подобных шествиях и помнит то непередаваемое чувство восторга, чувства локтя, уверенности и силы, когда шагаешь в общем строю с товарищами. Даже взрослые посматривали на подобные шествия с уважением. Когда подросткам стали доступны музыкальные инструменты и мощные звуковоспроизводящие устройства, «пошумелки» перешли на другой качественный уровень. Но остались и древние черты, перешедшие к нам ещё от приматов – обязательно громко, обязательно коллективно и с ритмичными телодвижениями, обязательно участвуют только «свои» (пусть и до того не знакомые друг с другом), обязательно с эпатированием взрослых. Итак, современная «болезнь» подростков рок-музыкой имеет древнюю врожденную основу – потребность организовать «пошумелку». Мощная звуковоспроизводящая техника нужна лишь для более сильного воздействия. Чем громче, чем больше участвует подростков, чем активнее они участвуют и чем на большее число органов чувств оказывается воздействие ритмическими звуками, вибрацией и мельканием, тем сильнее «пошумелка», и, соответственно, устроившая её группа. Самая подходящая музыка для «пошумелки» - примитивная, текст тоже должен быть на доразумном уровне – повторяющиеся слова. Подросток в экстазе «пошумелки» охватывается древним инстинктом и извлекает из этого первобытное наслаждение. Сейчас мы перейдем к самому важному вопросу – отношение взрослых к «пошумелкам.» Это отношение может меняться в зависимости от возраста, окружения и психологического настроя. Разогнать «пошумелки» взрослых вряд ли кому придет в голову. Нужно быть до невменяемости агрессивным человеком, чтобы попытаться разогнать чужую свадьбу или юбилей. К детским «пошумелкам» отношение снисходительное. Надоели – разогнали. А разогнать надоевшую группу детей мы нередко воспринимаем как наше неотъемлемое право или даже долг. Наибольшую негативную реакцию вызывают «пошумелки» подростков. С одной стороны и хочется разогнать, а с другой стороны – побаиваемся. Взрослый человек испытывает это двойственное ощущение и от этого раздражается ещё больше. Плюс к этому мы испытываем смутное ощущение угрозы, исходящей из подростковой «пошумелки». Откуда же оно берется? Испокон веку молодежь удалялась в специфические клубы, на определенное время отделяясь от взрослых. Здесь они пели песни, танцевали, слушали музыку, в общем, всячески развлекались. Но … при этом регулярно выходили на ночные улицы, беспокоя спящих обывателей. Спрашивается – зачем? Причина здесь отчасти затронута в предыдущей статье, посвященной природе подростковой агрессивности. Молодым животным любого вида, вступив в подростковый возраст, предстоит встраиваться в систему взрослых отношений, в которой для начала им отведен самый низкий ранг. Один выход из положения – расселение. Другой – «встраивание» в общество взрослых. В литературе неоднократно описывался случай с цирковой мартышкой, попавшей в зоопарк. Поначалу её не приняли в общество взрослых обезьян, всячески задирали и даже не давали нормально питаться. Пришедший в зоопарк дрессировщик предложил дать молодой мартышке ложку, какой они привыкла есть в цирке. Она подошла к миске и стала ловко есть ложкой. Другие мартышки при этом расступились. В результате только за умение есть ложкой мартышка была принята в основную группу, опередив других молодых. Генетическая программа неустанно говорит молодым: «Хотите стать взрослыми, необходимо чем-то выделиться!» Одному удастся поставить спортивный рекорд, другому – стать победителем олимпиады по математике, а остальным что делать? Выделяться! Что они и делают. И небезуспешно, подсознательно достигая главного: они привлекли к себе внимание, о них говорят, пишут, пытаются с ними бороться. Значит, цель уже близка, говорит генетическая программа – раз обратили внимание, значит скоро и примут в свое общество. Так что по-своему правы те, кто говорит, что молодежь «ведет себя вызывающе» и «с этим надо что-то делать». Только что делать – никто не знает! Боролись со «стилягами» - получили «хиппи», начали бороться с «хиппи» - получили «металлистов». Потом бывшие повзрослевшие «стиляги» и «хиппи» боролись с «металлистами» - получили «панков» и так далее до бесконечности. При этом подобная чехарда ни в малой степени не зависит от социально-политического или экономического устройства общества. У явления молодежных клубов нет никакой идеологии. Они болтают не о чем и обо всем, они не действуют, а «бьют баклуши». Для выхода энергии у них один канал – ритмические движения. При этом молодежные клубы абсолютно устойчивы к призывам различных фюреров. В клубах фюреры бессильны, так как у собравшейся здесь молодежи нет особых желаний и стремлений. Они ведь пришли сюда чисто для общения и развлечения. Это и есть принципиальное отличие клубов от банд, о которых мы говорили в предыдущей статье. Банды являются следствием работы одной генетической программы – расселения, а клубы – встраивания в общество взрослых. Так что по идеи власти, желающей отвлечь молодежь от политики, необходимо приложить максимум усилий для создания молодежных клубов и клубов по интересам. На деле же мы видим обратное. Может быть, и наши власти хотят чего-то другого?
